Публикации - ТЭК

Александр Григорьев: Энергобаланс, достойный Книги Гиннеса

Скажи, какой у тебя топливно-энергетический баланс, и я скажу, кто ты, — так можно перефразировать известную поговорку. Структура баланса (ТЭБ) позволяет не только многое сказать об уровне развития экономики государства, но зачастую даже назвать его.

Если знающий человек услышит, что доля ядерной энергии в ТЭБ страны равна 40%, то с ходу определит — это о Франции. Прозвучит «доля газа в ТЭБ превышает 50%», на ум сразу придет Россия. А каким должно быть оптимальное соот­ношение составных частей в «топливно-энергетической корзине»?

В ПОИСКАХ ОПТИМУМА

Наиболее распространенное сло­варное определение ТЭБ выглядит следующим образом: «Топливно-энергетический баланс — соотношение для экономического объекта или некоторой территории объемов топливно-энергетических ресурсов, поступающих вследствие добычи или ввоза и убывающих вследствие потребления на месте или вывоза. На основании топливно-энергетического баланса принимается заключение о достаточности или недос­таточности топливно-энергетических ресурсов, возможности создания новых производств на той же топливно-энергетической базе, возможности вывоза топливно-энергетических ресурсов или необходимости их ввоза. Для расчета топливно-энергетического баланса разные виды топлива переводят в условное топливо».

Однако, как правило, под термином ТЭБ все же понимается структура потребления первичных топливно-энергетических ресурсов, в число которых включаются углеводороды, атомная и гидроэнергия. Говоря далее о ТЭБ, будем подразумевать именно это рас­пространенное и устоявшееся значе­ние. Структура потребления первичных топливно-энергетических ресурсов в ряде промышленно развитых стран отображена в таблице (синим цветом отмечены страны, входящие в группу G8).

В ТЭБ России, как видно из таблицы, представлены все виды топлива и энергии: газ, нефть, уголь, гидроэнергия, ядерная энергия (в порядке убывания доли в общем объеме потребления). Но наша страна — единственная в мире, где доля газа в энергобалансе превышает половину общего объема потребляемых первичных топливно-энергетических ресурсов. В пятерку государств с наибольшей долей газа в структуре ТЭБ также входят Мексика, Венесуэла, Великобритания и Италия.

Из лидирующих по потреблению газа стран лишь Италия обладает весьма скромной газодобычей и удовлетворяет свои запросы в этом виде топлива всего на 15%, покрывая дефицит за счет импорта. Остальные являются крупными мировыми производителями газа и полностью закрывают нужды в нем за счет собственных ресурсов. Однако нигде, за исключением России, доля газа в ТЭБ не превышает 40% от общего объема потребления. Более того, в странах, входящих в «Большую восьмерку» (G8), газовая составляющая в балансах колеблется в пределах 15—30%. Только у Великобритании и Италии она выше 30%: у первой за счет того, что страна ведет крупномасштабную добычу газа в Северном море, а у второй по причине отказа от атомной энергетики.

Структура ТЭБ развитых стран в 2005 года 

 Страна

 Вид топлива/энергии

 Нефть

 Газ

 Уголь

 Ядерная энергия

 Гидроэнергия

 Россия

 19

 54

 16

 5

 6

 США

 40

 24

 25

 8

 3

 Канада

 31

 26

 10

 7

 26

 Франция

 36

 15

 5

 39

 5

 Германия

 38

 22

 25

 11

 2

 Италия

 47

 39

 9

 0

 5

 Великобритания

 37

 37

 17

 8

 1

 Япония

 46

 14

 23

 13

 4

 Южная Корея

 47

 13

 24

 15

 1

Мексика

 60

 30

 4

 2

 4

 Бразилия

 43

 9

 7 

 1

 40

 Чили

 44

 25

 9

 0

 22

 Венесуэла

 37

 38

 0

 0

 25

 Австрия

 41

 26

 7

 0

 26

Финляндия

 43

 14

 10

 21

 12

Испания

 53

 20

 14

 9

 4

Украина

 38

 24

 25

 11

 2

Австралия

 33

 20

 44

 0

 3

Китай

 21

 3

 69

 1 

 6

 Индия

 30

 8

 55

 1

 6

 

Источник: расчеты автора на основе статистических данных British Petroleum

Доля угля в ТЭБ стран G8 составляет в среднем 20—25%, он обеспечивает 40—50% вырабатываемой там электроэнергии. В Китае и Индии угольная составляющая 70% и 55% соответственно. Доминирующее положение вызвано доступностью этого топлива (обе страны обладают большими запасами угля и развитой угольной про­мышленностью), а также отсутствием значительного парка автотранспорта — основного потребителя нефти в разви­тых странах.

У стран, находящихся на одном уровне экономического развития, ТЭБ сравнительно схожи (в основном это касается доли нефти), однако в них имеются и определенные отличия. Они обусловлены прежде всего доступностью ресурсов, а еще «национальными особенностями». По достижении государством определенной структуры экономики и общественного потребления, повышается доля одних ресурсов и сни­жается — других. Так, автомобилизация приводит к росту потребления нефти и сокращению доли (но не обязательно физических объемов!) других видов топлива и энергии. Одни топливные уклады сменяются другими: угольный — нефтяным, нефтяной — газовым ит.д. Может быть, у России как раз передовой топливно-энергетический баланс, она уже находится в «газовом укладе», а другие государства до него еще просто не доросли?

ОСОБЕННОСТИ НАЦИОНАЛЬНОГО БАЛАНСА

Причины отличия структур ТЭБ России и промышленно развитых стран кроются в первую очередь в советском прошлом нашей экономики. Освоение крупных месторождений газа в восточной части страны в 60—70-е годы прошлого века и последовавшая за этим программа комплексной модернизации отечественной энергетики, получившая название «газовой паузы», привели к резкому росту в ТЭБ доли голубого топлива.

Руководство СССР предполагало, что форсированный перевод энергетики на дешевый газ позволит в течение 20—25 лет провести комплекс работ по повышению эффективности угольной промышленности, внедрению и освоению передовых технологий сжигания угля наряду с крупномасштабным строительством атомных электростанций. Конечным результатом должна была стать современная энергетика, по экономической эффективности и структуре соответствующая промышленно развитой экономике, способная обеспечить устойчивое развитие страны на многие десятилетия вперед. Однако рванул Чернобыль, заморозивший программу развития атомной энергетики, затем и вовсе развалился Союз. В итоге мы имеем то, что имеем — деформацию энергобаланса в сторону газа.

Сегодня многие задаются вопросом: а реально ли, когда советская командно-административная система ушла в небытие, довести «планы Госплана» до логического завершения? Ответ можно найти в истории, причем новейшей. Пример Франции показывает, что и в стране с рыночной экономикой можно успешно проводить масштабные меро­приятия, до неузнаваемости меняющие структуру потребления первичных топ­ливно-энергетических ресурсов.

ПОУЧИТЕЛЬНЫЙ АТОМНЫЙ РЫВОК

Для того чтобы уйти от углеводородной зависимости, во Франции в 1955 г. была предложена программа многоблочного строительства атомных электростанций — планировалось вводить по блоку каждые полтора года и, таким обра­зом, к 1965-му запустить 800 МВт. А в 1969 г. было принято стратегическое решение об отказе от газографитовых реакторов. Французские атомщики перешли на американские водо-водяные (PWR) типы энергоблоков высокой мощности (900—1100 МВт).

Энергетический кризис начала 70-х заставил власти Франции задуматься об оптимизации структуры ТЭБ для обеспечения национальной энергетической безопасности. Помимо антикризисных мер по повышению эффективности потребления топливно-энергетических ресурсов и занятия принципиальной антиизраильской позиции для укрепления дружбы с нефтедобывающими арабскими государствами было реше­но увеличить в балансе долю атомной энергии. Ей предстояло заменить в электроэнергетике нефть. В коммуналь­но-бытовом хозяйстве «черное золото» заменялось газом. В промышленности нефтезамещение должно было произой­ти за счет увеличения потребления угля. В 1974—1975 гг. начали сооружение 13 атомных блоков по 900 МВт каждый, и в 1977-м заработал первый из них, расположенный в Фессенхайме.

В итоге уже в начале 80-х Франция столкнулась с перепроизводством электроэнергии и начала ее экспортировать: атомная составляющая топливно-энергетического баланса внесла свою лепту в баланс внешнеторговый. Среди других косвенных результатов смены структуры ТЭБ можно отметить развитие в стране передовых отраслей — атомного и энергетического машиностроения: ныне французские фирмы в числе лидеров в этих областях и выполняют заказы на строительство объектов генерации по всему миру.

Столь впечатляющих результатов позволило достичь грамотное планирование и четкое понимание того, что экономика страны может себе позволить, а чего нет. Франция не имеет собственных нефтяных ресурсов, и ее руководители, осознавая, насколько опасно полагаться на внешние источники энергии, решили перейти от нефти к атомной энергии. Затраты на коренную перестройку были не под силу ни одной самой крупной частной структуре — и их взяло на себя правительство. На протяжении 70-х годов прошлого века 10—15% всех госинвестиций во Франции приходилось на энергетику. Работа по изменению структуры ТЭБ планировалась и координировалась на правительственном уровне, ей был присвоен самый высокий приоритет.

Ныне Франция — одна из самых энергонезависимых от зарубежных поставщиков стран Европы.

ПО СИЛАМ ТОЛЬКО ГОСУДАРСТВУ

Оптимальным для России является тот ТЭБ, который обеспечивает наиболее эф­фективное использование и применение имеющихся ресурсов. Сжигать в прежних количествах дорожающий на мировых рынках газ на электростанциях с низким КПД неэффективно. Надо экономно отно­ситься к богатству, которым, к счастью, страна не обделена, в отличие от наших обладающих высокой покупательской способностью европейских соседей. Снижение газовой доли в ТЭБ позволит получить дополнительные валютные поступления от экспорта высвободившихся объемов газа. Их, в свою очередь, можно направить на развитие высокоэффективной угольной генерации и современной атомной энергетики. Расчеты Института проблем естественных монополий пока­зывают высокую экономическую эффективность комплексного газозамещения в ТЭБ страны. Экспертами предложены и механизмы реализации необходимых мероприятий.

Построение оптимального ТЭБ предполагает ряд мер, планирование и осуществление которых — задача государственного масштаба и важности. И только государству под силу ее решить.

От редакции. В Госдуме к марту планируют разработать и принять закон, который переведет показатели ТЭБ России в директивные. Об этом в феврале заявил глава думского комитета по энер­гетике Валерий Язев. Цель инициативы — законодательно снизить долю газа и увеличить долю угля и атомной энергетики. Так что российский законодатель осознал актуальность проблемы.

Александр Григорьев,

руководитель отдела исследований угольной отрасли ИПЕМ

Журнал "Мировая энергетика"

Март 2007 года